Скачать на андроид \'Доминик\' - Л. А. Кейси

?Л. А. Кейси

Доминик

Внимание!

Если вам не нравится главный герой мужчина, который является херовым собственником – Доминик не для вас. Если вам не нравится главная героиня женщина, которая является упрямой сукой – Доминик не для вас. Если вам не нравятся драмы и герои с сильным характером – Доминик не для вас. Самое главное, если вам не нравятся герои, которые используют МНОГО ненормативной лексики и могут ТОЧНО сказать, что они чувствуют и думают без прикрас – тогда Доминик ДЕЙСТВИТЕЛЬНО не для вас.

Глава 1

Этим утром я опаздывала в школу, но в этом не было моей вины, нет, виной всему была Бранна, моя старшая сестра, которая к тому же ещё на протяжении уже девяти лет была моим законным опекуном, с тех самых пор, как наши родители погибли в автомобильной катастрофе. Ей двадцать восемь, а мне почти восемнадцать. Бранна, может, и была моим опекуном, но выводить меня из себя она умела как типичная сестра. Этим утром она заняла ванную на двадцать пять минут.

Двадцать пять гребаных минут!

Она — это единственная причина, по которой я на пятнадцать минут опаздывала в школу, и к тому же ещё выглядела как дерьмо. У входа в здание желание привести себя в порядок взяло верх, поэтому, остановившись, я резко повернула в направлении женского туалета. Я не была одной из тех девчонок, которые постоянно думали о своей внешности, но все же мне хотелось выглядеть хотя бы более-менее нормально, прежде чем я зашла бы в класс.

Войдя в туалет, я сделала свои дела, а затем подошла к раковине, чтобы помыть руки. Я глянула в маленькое зеркальце над раковиной и, рассмотрев свой внешний вид, нахмурилась. Мои ярко-зеленые глаза выглядели усталыми, и мешки были тому подтверждением. Да и вообще, я была немного несобранной сегодня. У меня не было времени сделать нечто большее, чем заплести свои длиной до бедер шоколадно-каштановые волосы во французскую косу, чтобы усмирить их, затем нанести несколько мазков туши на длинные ресницы и почистить зубы. Мои пухлые щечки раскраснелись от ветра, а обычно бледно-розовые губы были немного потрескавшимися и припухшими. Уверена, если бы смерть была человеком, то она походила бы на меня.

Выпрямившись, я подошла к большому зеркалу, чтобы хорошенько рассмотреть себя. Я вздохнула, моя кожа была такой бледной, что я запросто смогла бы составить конкуренцию Касперу. Я была ирландкой, поэтому моя кожа отталкивала любой загар. Ну, во всяком случае, природный загар. Я, вероятно, была единственной девушкой в этой школе, которая не прибегала к искусственному загару и делала макияж, действительно соответствующий цвету кожи, вместо того, чтобы стараться сделать себя немного смуглее. Зачем пытаться быть тем, кем я не являлась? Моя кожа была белой как мел, с вкраплениями светлых веснушек на носу и под глазами. Бранна говорила, что они делали меня очаровательной и мне нужно было смириться с ними. Тем более, мне не оставалось ничего, кроме как принять себя такой, какая я есть, поэтому так я и поступала.

Я поправила свою школьную юбку, подтянула чулки и одернула школьный джемпер. Затем провела рукой по форме, расправив её. Изучая своё отражение, я наклонила голову влево. Мне нравилось то, что я видела. У меня были широкие бедра и тонкая талия, пышным бюстом я, конечно, не обладала, но зато было кое-что другое, что можно было назвать огромным. Повернувшись боком, я закатила глаза. Если бы я могла изменить одну вещь в своем теле, то это была бы моя задница. Она была большой, и не единожды мне приходилось выслушивать пошлые комментарии на сей счет. Данный факт безумно меня бесил, потому препятствовал моему желанию быть незаметной.

Мне нравилось быть практически невидимой.

Ворча себе под нос, я вышла из туалета и зашагала по коридору в регистрационный класс. Это был глупый урок, который нам приходилось посещать каждое утро. К учителю мы обращались только в том случае, если у нас были какие-то проблемы или если нужно было выйти в туалет. Главное посещаемость, а дальше — делайте, что хотите сорок минут, пока урок не закончится.

Обычно, все болтали друг с другом, но у меня не было друзей, поэтому я просто занималась своими делами. Знаю, звучит жалко, но у меня действительно их не было. И так было не из-за отсутствия попыток со стороны моих одноклассников, нет, на самом деле это было моей инициативой. Когда моих родителей не стало, я замкнулась в себе и оградилась ото всех. Меня пугала идея привязаться к кому-то новому, зная, что его могут отнять у меня. Вот почему я решила не заводить друзей в школе или где бы то ни было еще — это было слишком рискованно. Бранна говорила, что это глупо и я не могу закрыться от людей навсегда, потому что это ненормально. Я понимала, что это было странно — я была странной из-за того, что хотела проводить всё время в одиночестве, но меня все это вполне устраивало, поэтому я не принимала её слова близко к сердцу.

Дойдя до класса, я открыла дверь и посмотрела прямиком на учителя.

— Простите за опоздание, мисс, — сказала я, надеясь, что выглядела при этом достаточно озабоченной своим опозданием.

Учительница просто кивнула мне, и я знала, что она так сделает. Я никогда не опаздывала на занятия, и даже если бы опоздания вошли у меня в привычку, сомневаюсь, что она отметила бы это в школьном журнале, потому что я ей нравилась. Я была её самой тихой ученицей.

Я прошла через класс, и, как обычно, никто из одноклассников не обратил на меня внимания, но почему-то сегодня все были необычайно болтливыми и взволнованными. И, подойдя к своей парте, я поняла почему.

Я посмотрела на парней, которые сидели за моим столом; они были идентичными близнецами, что было вполне очевидно. У одного волосы были белыми, как снег, в то время как у другого цвет был больше похож на мой — темный, шоколадно-коричневый. Я не стала слишком долго их рассматривать, потому что они, казалось, наслаждались многозначительными взглядами моих одноклассниц, поэтому, подходя к ним, я опустила взгляд.

— Это моя парта, — сказала я равнодушным тоном, остановившись возле своего стола.

Близнец с платиново-блондинистыми волосами уже было собирался встать, но его темноволосый брат, тот, что сидел на моем месте, положил руку ему на плечо, останавливая его.

— Твоя парта? Она что, подписана? — спросил он, приподняв бровь.

Его ярко выраженный акцент говорил о том, что он не был ирландцем. Я предположила, что он переехал сюда из Америки, но уточнять не стала. Я бросила на него раздраженный взгляд. Его серые глаза казались серебристыми, когда на них падал свет. Мысленно пнув себя за то, что обратила на это внимание, и взяв себя в руки, я наклонилась над партой и указала на её угол.

— Да, вот, — сказала я, ткнув на своё имя, которое, ещё в седьмом классе как-то раз от скуки вырезала на столе.

— Бро-что? — прочитал темноволосый близнец в недоумевающем тоне. Я закатила глаза.

— Брона, — четко произнесла я.

Я ненавидела, когда иностранцы произносили моя имя, они полностью искажали его.

— Бро-на? — правильно выговорил близнец, а затем пробормотал что-то о тупости непроизносимых согласных. (прим.: англ. Bronagh. g – не произноситься)

— Да, это моё имя, и оно на моей парте, как ты ясно можешь видеть.

Светловолосый близнец фыркнул.

— Кажется, она взяла тебя за яйца, бро, поэтому давай просто уйдём с пути этой прекрасной девушки и сядем в заднем ряду с теми симпатичными дамами.

Факт, что мои одноклассницы захихикали, а близнецы этому усмехнулись, заставил меня скривиться в отвращении. Мне не нравились красивые парни с завышенным самомнением. У нас в школе уже был один такой, и он был настоящим придурком. Нам не нужен был ещё один, а тем более двое.

Встав, светловолосый близнец улыбнулся мне, но я не улыбнулась ему в ответ. Его темноволосый брат медленно поднялся с моего места. Он не улыбался — он усмехался. Мой взгляд только заставил его усмешку перерасти в ухмылку.

— Я нагрел его для тебя, — сказал он, подмигнув.

— Обязательно поблагодари свою задницу за меня. — Я закатила глаза, проходя мимо него, и села на свое место, придвинувшись ближе к столу, а затем положила сумку на соседний стул и также придвинула его к себе. Так я очевидно заявляла, что не хочу, чтобы кто-то садился рядом со мной.

Я услышала, как темноволосый близнец фыркнул, направляясь в заднюю часть класса.

— Что у неё за проблема? — громко спросил он.

— У кого? У Броны? Никакой, — ответила Аланна Райан. — Ей просто не нравится внимание или люди в целом. Она предпочитает быть одиночкой.

Аланна была хорошей девушкой. Она всегда улыбалась мне, проходя мимо, и, в отличие от любого другого ученика из нашей параллели, никогда не трогала меня. Аланна, казалось, поняла, что я была довольна своим одиночеством, и мне действительно это в ней нравилось. Думаю, это и делало её классной.

— Ей не нравятся люди? — темноволосый близнец фыркнул, а затем спросил: — Что с ней не так?

Я, может, и была спокойным человеком, и мне нравилось, когда другие меня не замечали, но пустым местом я уж точно не была. Если кто-то выводил меня из себя, можете быть уверены, я не стану молчать. К тому же, у меня не было фильтра между языком и мозгами. Как правило, я говорила то, что думала, при этом совершенно НЕ думая.

— Уверена, по твоему мнению, со мной много чего не так, но уверяю тебя, красавчик, слышу я прекрасно, — громко сказала я, не оборачиваясь.

Я услышала несколько смешков, и, посмотрев на мисс Маккессон, заметила, что и она тоже улыбалась, уткнувшись в свою книгу.

— Говори тише, бро, — донесся до меня усмехающийся голос светловолосого близнеца.

— Красавчик? — прорычал темноволосый близнец, а затем пробормотал, как я полагаю, сам себе или же своему брату: — С кем эта сука думает, что говорит?

Я мысленно фыркнула, услышав его маленький срыв.

Он думал, что я была сукой?

Как жаль, что мне похер.

— Ладно, достаточно, — произнесла мисс Маккессон, вставая со стула, как только услышала нецензурное слово.

— Брона, эти ребята — наши новые ученики из Соединенных Штатов Америки.

Когда я поняла, что все одноклассники смотрят на меня, ожидая какой-то реакции, я покрутила пальцем в воздухе, пытаясь выглядеть восторженной, притом, что мне не могло быть ещё более безразлично.

— Вперед, США.

Мисс Маккессон прикусила нижнюю губу и покачала головой.

— Мальчики Слэйтер — близнецы, что вполне очевидно. Их легко различить по цвету волос. У Нико каштановые волосы, а у Дэмиена они светлые, ну, вообще-то, скорее белые, чем светлые.

ЭТО звали Нико?

— Я обязательно запомню, мисс, спасибо, — саркастично ответила я и мило улыбнулась.

После нескольких смешков мисс Маккессон представила меня.

— А эта милая леди, мальчики, — Брона Мерфи.

— Очень приятно, мисс Мерфи, — сказал Нико.

Я фыркнула.

— Очень сомневаюсь в этом, мистер Слэйтер, — ответила я, вызвав тем самым смех в классе.

Мне было плевать, что они, скорее всего, смеялись надо мной, потому что было очевидно, что знакомство со мной не было чем-то очень приятным, но, как я уже и сказала, мне было плевать.

— Ладно, вернитесь к тому, чем вы все занимались до того, как Брона зашла в класс, — произнесла мисс Маккессон, взмахнув рукой.

Меньше чем через секунду на близнецов посыпались вопросы от девушек слева, справа и по центру, что заставило меня вздохнуть. Я надеялась, что так не будет продолжаться каждый день, потому что это дерьмо довольно быстро устареет и начнет меня раздражать.

— Мисс? — пробормотала я, обратившись к учительнице. Когда мисс Маккессон посмотрела на меня, я указала на свой айпод, на что она кивнула, дав мне свое безмолвное согласие включить музыку.

— Черт, вам разрешают слушать айпод здесь? — услышала я, как спросил Нико.

— А? О, нет, только Броне. Она всегда выполняет свою домашнюю работу, поэтому ей разрешают слушать музыку до тех пор, пока громкость приемлема, —ответил Нико голос Аланны.

Я знала, что это делало меня похожей на зубрилу, кем я отчасти и была, но не в смысле «я реально умная», а больше просто в «я делаю свою домашку вовремя» смысле. Впрочем, кроме домашней работы, у меня все равно не было никаких других дел в школе, так что сделать её вовремя никогда не составляло для меня проблемы.

Я не слышала, что Нико ответил Аланне, потому что к тому моменту уже включила музыку, наслаждаясь тем, как прекрасный звук затопил собой все остальные.

Открыв тетрадь по английскому, я снова перечитала эссе, которое написала прошлым вечером для сегодняшнего урока, исправила все ошибки, которые нашла, а затем перечитала его снова. Когда я была полностью удовлетворена содержанием, положила тетрадь обратно в рюкзак и закрыла его. Я посмотрела на часы: до конца урока осталось меньше двух минут. Сев прямо, я вынула наушники, затем выключила айпод и положила его в карман.

Я поднялась со своего места, как раз в тот момент, когда раздался звонок. Задвинув за собой стул, я вышла из аудитории и направилась в класс труда. Это был мой любимый урок, мне действительно нравилось делать всякие новые вещи для проектов. Я всегда делала шкатулки для украшений и держатели под косметику для Бранны или классные полки и книжные шкафчики. Каждую вещь я старалась сделать непохожей на предыдущую, они очень нравились Бранне, а это делало меня счастливой.

Зайдя в класс, я помахала мистеру Келли, нашему учителю труда. Он был классным. Мистер Келли всегда оставлял меня в покое и подходил ко мне, только если мне нужна была помощь. Казалось, он знал, как я работаю, за что он мне и нравился.

— Доброе утро, Брона, — улыбнулся мне учитель.

— Доброе. Можно мне слушать музыку? Мне осталось только отшлифовать все части, которые я вырезала в пятницу, а затем соединить их. Я не буду подходить к опасным машинам, от которых музыка будет меня отвлекать. Обещаю.

— Без проблем. Только, если тебе нужно будет что-то вырезать или обрезать, убедись, что сняла наушники, ладно?

Я отсалютовала ему, заставив его рассмеяться.

Положив рюкзак на свой стол, я подошла к вешалке в конце комнаты, где взяла передник и, надев его, вставила наушники и включила музыку. Когда я снова вернулась в класс, то заметила, что остальные ученики уже тоже занимали свои места. Я была единственной девушкой в этом классе: все остальные выбрали работу по металлу, что меня вполне устраивало, потому что мне не приходилось слушать их глупую болтовню, когда я не могла включить музыку.

Пока парни клали свои вещи под парты, я вышла в кладовую, соединённую с классом работы по дереву, взяла новую наждачную бумагу и, вернувшись в класс, сняла с держателя на стене ручной шлифовальный станок. Погруженная в свои мысли, я подошла к столу и замерла.

— Свали, нахрен, с моего места, — прорычала я, практически вырывая наушники из ушей.

Нико посмотрел на меня и, улыбнувшись, саркастично поинтересовался:

— И этот стол тоже подписан?

Он, очевидно, считал себя забавным, но это было не так. Я ни капельки не считала его смешным, скорее крайне раздражающим. Наша первая встреча прошла не очень гладко, но теперь я точно знала, что он намеренно пытался меня разозлить, и я мгновенно невзлюбила его за это.

— Шевелись, — сказала я, проигнорировав его вопрос.

Он покачал головой, поэтому я схватила шлифовальный станок наподобие биты и двинулась в его сторону, но ни с того ни с сего прямо передо мной появился учитель.

— Брона, опусти станок, — спокойно проговорил мистер Келли, подняв руки в «я безоружен, не причиняй мне вреда» жесте.

Я закатила глаза.

— Я не собиралась бить его, — солгала я.

Я собиралась двинуть ему этим станком. Может быть, не очень сильно, но тем не менее.

— Почему тогда ты держишь его как оружие? — спросил мистер Келли, приподняв бровь.

Я пожала плечами, а затем воскликнула:

— Он сел на моё место! Скажите ему пересесть.

Вздохнув, он обернулся.

— Это рабочее место Броны... подождите, ты новенький, сынок?

— Сынок? — фыркнула я. — Не называйте его так, он идио...

— Брона! — предупреждающе, перебил меня учитель.

Несколько парней рассмеялись, услышав мои слова, пока я молча кипела от гнева.

— Да, сэр, я новенький. Сегодня мой первый день, — ответил Нико.

Мистер Келли обернулся ко мне, приподняв брови.

— Ты собиралась напасть на нового ученика?— спросил он.

То есть, у меня было бы меньше проблем, если бы я напала на старого?

— Он мне не нравится, — ответила я, от чего преподаватель вздохнул и, зажав переносицу, покачал головой.

— Это не значит, что ты можешь нападать на него, Брона.

Нахмурившись, я простонала.

— Знаю, школьные правила — такая тупость.

Мистер Келли, выглядел так, словно боролся с улыбкой, прежде чем снова отвернулся от меня.

— Как твоё имя, сынок? — спросил он.

Это раздражало.

— Нико, — ответил Факфейс[1].

Я мысленно фыркнула, мне нравилось называть его Факфейсом.

— Это сокращенно от...? — поинтересовался сэр.

— Доминик, но все зовут меня Нико. Я предпочитаю последнее, — ответил Доминик.

Все, может, и звали его Нико, и ему, возможно, больше нравился этот вариант, но если мне придется обратиться к нему, то это будет Доминик или Факфейс. И вероятнее всего, второе.

— Что ж, очень приятно познакомиться с тобой, Нико, но обычно это рабочее место Броны. Хотя ты можешь занять другой конец стола, раз уж она занимает этот.

— Нет! — выкрикнула я, в тот же самый момент, когда Доминик ответил:

— Спасибо, сэр.

Этого просто не может быть.

— Сэр, это несправедливо, я никогда не делила свое рабочее место. Ни с кем. Я привыкла сидеть в одиночестве, вы же знаете, — запричитала я.

Вздохнув, учитель повернулся ко мне.

— Знаю, дружочек, но все остальные места заняты, раз уж я ремонтирую две парты около двери.

Я сложила руки на груди.

— Вот же хрень, — пробормотала я.

Сэр усмехнулся — он был классным в этом плане, ему было пофиг, если его ученики ругались — и похлопал меня по спине.

— Вставь наушники, и никто не станет тебя беспокоить.

Когда он отошёл, я фыркнула от досады.

— Ты закончила свою истерику, сладкая? — спросил Факфейс, усмехаясь.

Злобно посмотрев на него, я положила станок, а затем, оперлась руками на стол и немного подалась вперед.

— Слушай сюда, маленькое надоедливое отродье, ты мне не нравишься, поэтому держись от меня подальше, иначе я вставлю этот станок в твой тупой череп. Это ясно, Доминик? — прорычала я ледяным голосом.

Губы Доминика дрогнули, когда он с головы до ног окинул меня взглядом, словно бы оценивая.

— Кристально, — ответил он после того, как его серые глаза встретились с моими.

— Отлично, а теперь убирайся, — прошипела я.

Меня саму несколько удивило то, как сильно я разозлилась. Единственным человеком, который мог вывести меня, практически ничего не делая, был Джейсон Бэйн. Он был главным красавчиком этой школы и всегда вел себя со мной как мудак. Сейчас он отдыхал где-то в Австралии, куда уехал на всё лето. Он не должен был возвратиться до конца сентября. Это были лучшие в моей жизни лето и начало учебного года без него и его запугиваний. Джейсон был злым красивым ублюдком, и тот факт, что этот придурок Доминик мог быть американской его версией, чертовски меня нервировал.

Я размышляла об этом, ожидая, пока Доминик передвинется на другой конец рабочего стола. Когда он отсел достаточно далеко от меня, я вставила наушники и снова включила музыку. Я чувствовала его взгляд на себе. Вероятно, он хотел досадить мне, но ему-то не было известно, что я была мастером в игнорировании людей.

После первых пяти минут и отсутствия какой-либо реакции с моей стороны, ему стало скучно, о чем я догадалась по тому, что он поднялся со своего места и подошел к учителю. Я видела, как мистер Келли указал Доминику на материал для работы, и поняла, что он собирался начать свой первый проект.